ЗАБАЙКАЛЬСКОЕ КРАЕВОЕ ОТДЕЛЕНИЕ
КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
26.08.2020, 15:19
АВТОР: Николай Шустиков

Памяти Скороделовой Нины Яковлевны

Памяти Скороделовой Нины Яковлевны — Забайкальское краевое отделение КПРФ

Ушёл из жизни навсегда,

Ушёл из жизни Человек,

В труде прожил года,

В труде закончил бег.

Скорбят и плачут небеса

Им, как и людям, не понять –

Зачем уходят навсегда,

Кто должен жить, не умирать.

15 августа село Савватеево Нерчинского района попрощалось ещё с одним замечательным человеком – Скороделовой Ниной Яковлевной. Её могучее женское сердце перестало биться, но память о ней навсегда останется в сердцах и душах односельчан. Учитель, педагог, наставник, коммунист, воспитатель – и это всё о ней, слов много и значение их, на первый взгляд, одинаково, но мне хотелось бы выделить каждое из этих определений отдельно. Ведь, как известно, учитель через свой предмет учит любить Родину, в том числе и малую, учит любить труд, культуру, историю… Педагог преподаёт свой предмет…, наставник передаёт свой богатейший опыт…, коммунист  объясняет и помогает разобраться в политике партии…, воспитатель воспитывает, прививая ученику добро, справедливость и честность...

Я не берусь подсчитывать, сколько достойных патриотов своей Родины выпустила из школьных стен более чем за полвека Нина Яковлевна, но то, что она была достойным и уважаемым учителем – это точно. И сегодня мне, как соавтору и составителю книги о селе Савватеево, которую мы с Ниной Яковлевной планировали выпустить этим летом, хочется опубликовать мой очерк, написанный ещё в 2017 году, об этом прекрасном Человеке и пусть поздно, но сказать ей огромное спасибо, за поиск и сохранение Савватеевской истории. Книга в честь её памяти, не в этом, так в следующем году, будет выпущена.

 СКОРОДЕЛОВЫ

Мы детство видели на грош,

Но рвались в бой, в труды,

Куда ты, память, нас зовёшь,

Обратно, в детство той войны?

Всю жизнь работали, учились,

Примером были для страны

И Родиной своей гордились,

Мы – дети той войны.

Переступив порог кабинета председателя колхоза имени героя Советского Союза С.В. Достовалова, я, молодой специалист, по своему желанию приехавший работать ветеринаром в село Савватеево Нерчинского района, увидел поднимающегося из-за стола, мне на встречу, крепкого, пожилого, немного грузноватого, опрятно одетого, улыбающегося человека.

– Алексей, – протянул он мне руку. Никакого превосходства или напыщенности передо мной, совсем ещё юным парнишкой. Даже руку пожал, как-то бережно, по-отцовски. Потом уже в результате знакомства и беседы по поводу моей работы в колхозе, я понял, что передо мной не только председатель колхоза, но и его главный зоотехник, под чьим началом я буду работать. Чему я, конечно, сильно обрадовался, так как сидящий напротив меня человек, располагал к себе своей добротой и отзывчивостью.  По натуре я – человек дела, и в излишней сентиментальности не нуждаюсь, поэтому, сразу оценил его профессионализм и неподдельную боль за родное детище – колхоз.

Но, самое главное, что меня удивило и обрадовало – это его отношение к людям. После того, как он мне вкратце рассказал о колхозе, словом ввёл меня в курс дела и, заручившись моим согласием, на председательском УАЗике поехали мы с ним на молочно-товарную ферму и по чабанским стоянкам. Везде, куда бы мы не приезжали, люди к нему относились с доверием и уважением, называя его не иначе, как Алексей Константинович. По дороге он готов был часами рассказывать мне о каждом чабане или скотнике, вспоминая при этом добрым словом их родителей и называя по имени всех детей. Такую феноменальную память, до этого я помнил только у моей учительницы русского и литературы Иды Алексеевны Зайцевой. Она помнила не только своих учеников, но и ребят из других классов, знала их родителей, детей, а потом и внуков.

Таким мне запомнился первый день знакомства с моим учителем и наставником Алексеем Константиновичем Скороделовым. А уже в дальнейшем, по ходу работы, познакомился и с его супругой, директором Савватеевской средней школы, Скороделовой Ниной Яковлевной. Замечательный педагог и хозяйственник, добрейшей души человек. 

Хоть я и гожусь этим удивительным людям в сыновья, но мы как-то нашли общий язык и сдружились. И сегодня, в благодарность к этим прекрасным людям, хочется сказать: «Я горжусь и рад, что судьба свела меня с Вами!»

Чтобы не потерять безвозвратно ещё одно звено нашей общей истории и донести до нынешней молодёжи непростую судьбу военного и послевоенного поколения, я попросил Нину Яковлевну рассказать о себе и своей семье.

Немного помолчав и ещё раз попробовав меня отговорить от этой, как ей казалось, нескромной затеи: «Как-то неудобно», Нина Яковлевна, регулярно вытирая глаза платочком, поведала о нелёгкой судьбе своей семьи: «Родилась я 16 сентября 1940 года в с. Бишигино Нерчинского района. Отец – Буздыгар Яков Ефимович, 1915 года рождения, мама – Буздыгар Наталья Петровна, 1917 года рождения. Отец по национальности украинец, его предки переселились на Алтай после отмены крепостного права в России. А фамилия была Пилипенко. Прадеда моего отца помещик променял на немецкую овчарку, её хозяин в память о собаке, новому крестьянину дал её имя. Так и появилась фамилия Буздыгаров на Алтайской, а потом и Забайкальской земле. Семья моего отца была из бедных крестьян, а когда умерла его мать, семья и вовсе стала испытывать лишения. Его в семь лет отдали в работники к дяде, который шил овчинные полушубки, папахи, шаровары, рубахи. Он научил моего отца шить, и это ему пригодилось на всю жизнь. В 1937 году его призвали служить в Красную Армию и привезли новобранцев в Нерчинск. Отслужив три года, отец остался на сверхсрочную службу портным по пошиву солдатской одежды. Командование видя, что он много умеет, назначило его старшим по мастерской. Там он и встретил маму, которая работала поваром в солдатской столовой. В 1939 году у них родилась дочка Галинка, которая умерла от дифтерии в 1943 году, когда отец был на фронте. Мама не писала ему об этом, так как боялась, что от расстройства он может допустить оплошность и погибнет, а он был фронтовым разведчиком. Отец отлично понимал, что будет большая война, поэтому в 1940 году перевёз семью в с. Бишигино к родителям мамы. Мои дедушка и бабушка были из казачьей семьи, первых поселенцев Подшиваловых. Мой дед – боевой казак, 1 Нерчинского полка, участник Русско – Японской войны 1904 – 1905 годов, участник первой мировой войны, имел Георгиевский крест, участник Гражданской войны. В Великую Отечественную войну его не призвали уже по возрасту, он с 1880 г. Из семьи моего деда на фронт были призваны 5 человек, один из них погиб под Москвой и 68 лет числился без вести пропавшим. Остальные вернулись домой  с ранениями, медалями и орденами.

Мой отец был призван на фронт в июле 1941 года, мне было 10 месяцев, а пришёл с войны 25 декабря 1945 года, мне шёл шестой год. Я хорошо помню, как ночью их встречали дома, и я не хотела его признавать, так как он был очень худой, на лице большой шрам от уха до уха, через бороду, осколком пронзило всё лицо. Отец прошёл дорогами войны в 116-ой Забайкальской дивизии в 441-ом арт. полку, в полковой разведке от Калуги, через Сталинград, Орёл и Курск, Харьков, Корсунов – Шевченковский, Варшаву, Берлин и Прагу. Имел три ранения и одну контузию. У него было девять медалей: «За отвагу», «За боевые заслуги», «За оборону Сталинграда» и другие. После войны отец стал шить одежду механизаторам Бишигинской МТС, затем проработал в с. Пешково до пенсии лесником. За 30 лет работы он посадил тысячи саженцев сосны и лиственницы, боролся с пожарами, браконьерами, заслужил уважение односельчан, имел почётные звания и награды.

Мама всю свою сознательную жизнь посвятила профессии повар. В 13 лет, окончив 3 класса, пошла, работать на полевой стан колхоза, а когда подросла, успела подоить кулацких коров, даже была старшей дояркой, ездила на слёт передовиков в Иркутск. Когда стали отпускать из колхоза, им вдвоём с сестрой Надей дали справки, и они поехали в г. Нерчинск, где устроились на работу в солдатскую столовую. Там они и поженились с папой, отчаянным гармонистом, весёлым, заботливым и прожили в согласии 55 лет. Отец умер в 1993 году, в возрасте 78 лет, а мама пережила его на 20 лет, умерла в 2013 году, в возрасте 96 лет.

В годы войны мама работала в детском саду поваром. Вот это было действительно страшное время, когда дети голодные, а ты не можешь их ничем накормить. Мама вспоминает, как они парили репу, американский жмых, сами ловили рыбу, сажали картошку и овощи, возили с гор дрова, чтобы протопить садик. А заведующая детским садом Анна Васильевна Мязина, привезла 11 мешков картошки, весь свой урожай, на питание детям, а сама голодала. Так и спасали детей от голода, а вот от болезней не могли уберечь, умирали дети. Моя сестрёнка умерла в возрасте 4 года, а я осталась, выжила.

Все мы выжили, наверное, благодаря моей бабушке. Забайкальская казачка, выносливая, умелая, стойкая. Она косила сено, ловила рыбу, ставила петли на зайцев, выращивала овощи, шила одежду и обувь, выделывала кожи. Толкла конопляное масло, собирала ягоды, сарану, коренья, умела всё приготовить, состряпать и нас прокормить. Я с детства ей во всём помогала и тоже многое умела. В школу я пошла в 1948 году. Моя подружка Валя приходила ко мне делать уроки на печке, у них было очень холодно. Отец её погиб на фронте, а два брата были ещё в армии. Мать её болела, и жили они очень плохо. Я с ней научилась читать, писать, считать. Когда я пришла в первый класс, то мне нравилось быть лучше всех, я очень старалась и училась неплохо. Была в школе председателем совета отряда, а затем председателем совета дружины.

Окончив 10 классов Холбонской средней школы, с комсомольской путёвкой пошла работать на МТФ Пешковского колхоза. Тогда 10 классов было уже образование. В деревне говорили, что, имея такое образование, идти доить коров, не понимали люди, что наше поколение должно поднимать страну. Тогда призыв комсомола: «Путь надёжный и верный, после школы – на фермы!» воспринимался, как должное.

Три года работы на ферме дали путёвку в жизнь, научили работать и видеть результаты своей работы, уважать людей труда, односельчан. Это пригодилось в работе на посту председателя сельского совета села. В 21 год с небольшим пришлось принять эту должность, которая была не по силам даже взрослым мужчинам, но я упорно справлялась. Надо было заготовить на 20 учреждений 2 тысячи кубических метров дров: на школы, клубы, библиотеки, медпункты, больницу. А сколько бытовых вопросов приходилось решать: похороны, праздники, работа отар, полевых станов, уборка урожая, посевная, сенокос и многое другое. Работа военного стола, где на учёте стояло до 800 человек, так как на селе работала геологическая экспедиция. Надо было выполнять планы поставок молока, мяса, яиц, шерсти, т.е. закупать у населения. Контролировать работу клубов, библиотек, медпунктов, школ, где работали молодые девушки. А ещё своя семья: двое маленьких детей, дедушка, а муж работал на полевой бригаде Арбагара. Вот и покрутись одна с семьёй и хозяйством. В 1961 году поступила в ЧПГИ им. Чернышевского на естественно – географический факультет. В 1964 году меня вызвали на заседание исполкома районного совета и объявили, что назначают меня директором Илимской восьмилетней школы. Я училась на четвёртом курсе института. Когда я взяла решение исполкома и пошла в РайОНО, меня встретил Илья Яковлевич Шмулевский. Он поднял очки на лоб, потом снова отпустил на глаза и сказал: «Ну, что, Нина Яковлевна, будем начинать работать на ниве педагогического труда». Я ответила: «Ну что же, надо, так надо». И мы с мужем и дедушкой поехали в это дальнее село. Я поняла, что меня послали, чтобы протопить 26 труб, школы без полена дров и подремонтировать её. Идти директором из местных учителей никто не отважился. Нас встретил председатель колхоза «1-ое Мая» Михаил Варфаламеевич Федоренко, наш земляк, мы вместе работали в колхозе. Он с большим желанием помогал школе, а мы колхозу. В первый же год мы организовали вечернюю школу, куда пришли учиться 30 молодых ребят и девушек. Мы каждый выходной ездили в лес, заготовляли дрова, протопили всем миром школу и ещё заготовили и вывезли 600 кубических метров дров на новый учебный год. Я работала в Илиме, а муж учился 2 года в Чите на бухгалтера. После окончания курсов, да и по нашей просьбе, в с. Пешково у нас остались дети и пожилые родители, мужа направили в колхоз им. Достовалова экономистом, а меня директором школы, которую надо было из начальной реорганизовать в восьмилетнюю.

В Савватеево была начальная школа, здание на два класса, которое строили казаки в 1910 году, ограды не было, и рядом стояла церковь. Строилось новое здание, выложено оно было до подоконников и всё. Разместили четыре класса в двухквартирном доме, а учителя бегали на уроки. Когда приехали принимать школу и заместитель заведующего ОблОНО Волокитина Мария Романовна сказала: «Как же вы думаете в таких условиях учить детей?»  Я ей ответила, что заедем в новое здание в зимние каникулы. Она покачала головой и сказала: «Вы смелая девушка, ну, посмотрим, посмотрим». И мы действительно всем селом достраивали школу, ну, конечно, с огромной помощью колхоза, родителей, учеников, всем нужна была школа, какой подъём был у населения. И заехали в новое здание в январе 1967 года. Весной заложили фруктовый сад: 20 яблонь, 10 вишни, 10 сливы, 20 ранета и высадили около 200 саженцев дикорастущих деревьев. Девятнадцать лет была директором своей школы. Наша школа, благодаря слаженной работе коллектива, всегда была в числе передовых школ. На базе нашей школы, проходила школоведческая практика директоров и завучей восьмилетних школ. В 1984 году, школа была реорганизована в среднюю. Были построены мастерские с полным оборудованием. Колхоз выделил с/х технику, для обучения ребят профессии механизатора, мастеров машинного доения. В школе работала животноводческая бригада «Юность». По результатам работы она заняла призовое место в области и была награждена путёвкой Обкома комсомола в Москву. Ещё раз путёвкой областной туристической станции школа была награждена за туристско-краеведческую работу. Я все годы работы в школе, вела туристско-краеведческий кружок. Мы разыскали, сколько было возможно, места захоронения воинов – земляков. Вели переписку со школами, которые ухаживали за братскими могилами. Так же участвовали в проводимой краеведческой конференции в музее В.И. Ленина, ребята школы приняли самое активное участие в строительстве памятника погибшим землякам. Сам памятник изготовил учитель рисования и черчения Бянкин Валерий Петрович. Все жители села помогали благоустраивать территорию памятника. Учителя школы были самыми активными участниками всех дел на селе. К сорокалетию Победы в Великой Отечественной войне, коллектив художественной самодеятельности стал победителем конкурса: «В огне боёв спасли мы наши песни».

Мы выступали со своим концертом на областном телевидении. Я запевала песню: «Казак на саблю опирался». В 1985 году, по состоянию здоровья, я оставила должность директора и была избрана парторгом, проработала в этой должности 2 года, не прекращая работу учителя, вернулась в школу. Мне дали часы географии и истории, 26 часов. Трудно было вести, особенно уроки истории в 10 – 11 классе. Ученики выбирали в 10 классе географию, а в 11 классе историю, экзамены по выбору. А это очень трудная работа, такой объём, что приходилось сидеть вечерами и рано утром, но я справлялась. Ребята хорошо сдавали экзамены в присутствии представителей РайОНО, РК партии, института подготовки и усовершенствования педагогических кадров. Когда началась перестройка, я съездила на курсы переподготовки учителей истории, там наслушалась таких речей, учителей и преподавателей пединститута, что приехала и сказала директору школы: «Я историю вести не буду, заказывайте специалиста, я не могу детям говорить, что Ленин был не такой, о каком я вам говорила, и что коммунисты – это не те люди, которых мы уважали». Приехал молодой историк и стал говорить детям плохо о Ленине, о коммунистах, о стране, что всё у нас не так и прочее. Дети бежали ко мне и возмущались: «Как же так?» Я им отвечала, что это, ребята, пропаганда нынешней перестройки и учитель должен это говорить, а дело ваше – верить или нет, время покажет. Мне сейчас очень тяжело смотреть, куда мы перестроились. Всё разрушили, а нового ничего не создали. Пытаемся молиться, тоже не получается.

В школе, вместе с детьми интерната, а он был государственный на 60 мест, было 120 – 140 учеников. Интернат закрыли, детей не чем было кормить. На 2014 год в школе 46 учеников и 28 работников, в классах по 3 -5 учеников. Вот так перестроились. Колхоз развалился, люди уезжают, пенсионеры вымирают.

Я проработала постоянно до 1998 года, т.е. получила пенсию в 1995 году и ещё работала три года. С 1998 по 2004 год постоянно приходилось выходить на работу, замещать, то учителя географии, она училась заочно, то учителей начальных классов, то учителя биологии, истории. А в 2004 году произошёл первый инсульт, в 2009 – второй, полная нетрудоспособность, инвалид 2 группы. Но я ещё до 2010 года возглавляла «Совет ветеранов», а начинала эту работу в 1995 году. Для меня это была почётная и интересная работа, она давала мне силы жить. Но после смерти мужа, я не смогла жить дома, жила у дочерей, лежала в больнице и попросила меня переизбрать. Уговорила активную женщину, хотя она в селе жила мало, возглавить «Совет ветеранов» и спокойно оставила эту должность. Сейчас меня волнует вопрос о статусе ветеранов «Дети войны». 

Много лет назад закончилась Великая Отечественная война. Ни с чем не сравнимы потери, которые она принесла людям. Что пришлось пережить солдатам, женщинам, старикам и детям. Вот и сейчас ведётся много разговоров о детях войны. Говорят и пишут, что перенесли дети, подростки, в то лихое время. Я хочу рассказать о своём муже и его семье.

Скороделов Алексей Константинович родился 5 апреля 1939 года, на полевом стане Арбагар, так называлась заимка. Отец – Скороделов Константин Петрович 1896 года рождения и мать – Скороделова Евдокия Ивановна 1906 года рождения, были родом из Орловской области, приехали в Забайкалье по Переселению 1935 году на строительство Холбонской электростанции. По рассказам тёти Вари Романкиной, тоже приехавшей с ними и с малолетним сыном, они поехали потому, что в селе началось раскулачивание, а Евдокия Ивановна была из зажиточной семьи, тётя Варя, их родственница, жила у них в работниках. Поэтому хозяин приказал ехать в Забайкалье и выдал Евдокию за бедного будёновца, вдового и с малолетней дочерью Зиной на руках. Вот  в таком составе и с другими односельчанами, отправились в далёкое Забайкалье, где начиналось строительство электростанции. Жили в Холбоне в бараках, а работа очень тяжёлая. Что бы как-то выживать пришлось вступить в Пешковский колхоз и работать пастухом и помощником чабана, а мать Алексея стала помогать на кухне. Сестра Зина не могла учиться, страшная бедность, да и условия жизни на бригаде не позволяли такой «роскоши». Она выросла трудолюбивой и заботливой, только благодаря её заботам смог вырасти младший брат.

В 1943 году умер отец, и семья хватила лиха. Жили они в с. Пешково, он пошёл в больницу и по дороге умер. А Зина, чтобы выжить с братом, ходила и собирала, просила кусочки хлеба, картошки.  «Однажды, – рассказывала она, – мать уехала на отару работать, а меня с четырёхлетним братиком оставила дома, надеясь, что избавится от нас, мы замёрзнем или умрём с голода». Зина ходила даже в другие деревни босиком, в октябре, а когда утром выпал большой снег, идти было не в чем и они на холодной печке просидели три дня голодом, и маленький братик закрыл глаза и повалился. С громким плачем, она бросилась к соседям, где дома была старая, слепая бабушка. Она дала ей корочку хлеба, одну картофелину и полбаночки молока. Она попоила брата молочком, покормила, и он открыл глаза. Бабушка сходила с палочкой в сельский совет и рассказала о детях. Их забрали и увезли к матери на бригаду, вот так они там и выжили ради добрых людей. Зина в восемь лет стала стричь овец ножницами по 3-4 штуки в день. Когда стала взрослой, стригла ножницами по 40-45 штук и была лучшим стригалём в районе. Алексей в первый класс пошёл в Холбонскую школу, где помогла его учить тётя Варя Романкина, а в Пешковскую школу он пришёл в третий класс и опять нужда и голод. Мы жили в соседях, и я постоянно хотела ему помочь. Но никогда у меня ничего не брал, очень стеснялся. Ходил, как все мы, дети войны, в старой телогрейке, ботинках и брюках «галифе», которые ему доставала в Холбоне тётя Варя.

Окончив семь классов, он стал работать на строительстве моста, колхоз строил, на пилораме, а потом в шестнадцать лет его поставили учётчиком полевой бригады «Арбагар». Ему были поручены под отчёт тонны горючего, хлеба на току, склад продуктов, а главное, учёт и начисление зарплаты трактористам. Это была самая ответственная работа, надо было замерить, кто, сколько вспахал за ночь или за день, записать на доске и, кто, сколько заработал. Особенно, он вспоминал, что трудно было с трактористами – целинниками, они требовали, чтобы всё было вовремя, чтобы точно, да ещё руководство МТС постоянно проверяло работу. По рации утром надо было передать: сколько га вспахано или убрано, сколько израсходовано горючего, какой остаток. А сами ночью приедут, замерят и ты должен точно подать сведения, всё было очень строго.

Вот так и трудились дети войны. С 14 лет он работал в колхозе на сенокосе, их увозили в Даурию метать сено. Это в 14 лет, целый день кидать огромные навильники на зарод. Даже в школу в седьмой класс привезли их в конце сентября. А зиму надо было возить сено, зелёнку на машинах, в холод, в пургу, да в плохой одёжке. Здесь, в 16 лет, он получил тяжёлую травму головы. Когда стягивали воз сена, лопнула проволока и ему, как самому высокому по росту, огромный бастриг – бревно, прилетело по голове. Более часа был без сознания, но потом, как говорил друг, Анатолий Обухов: «Кое-как отводились». Так вот, началось давление, и не взяли в армию, что тогда ребята переживали очень горько. Зина с мужем провожали его, и она очень переживала за брата. И я так хотела, чтобы он служил в армии, вот бы был бравый солдат. Мы с ним с детства жили по соседству, как в песне поётся: «Встречались просто так, любовь проснулась в сердце, сама не знаю как». Прожив такую тяжёлую жизнь, он стал порядочным человеком, добрым, отзывчивым, ласковым ко мне, детям, всем родным, даже своей матери, при всех её недостатках, он никогда не сказал плохого слова. Детей, внуков очень любил. Имел очень много друзей, много учился. Закончил школу бухгалтеров в Чите и был направлен экономистом в колхоз им. Достовалова, а я директором школы, которую реорганизовали из начальной в восьмилетнюю. Проработал 7 лет экономистом, он закончил заочно зооветеринарный техникум и получил образование зоотехника.

 По решению бюро партийной организации, был направлен работать начальником участка, где главное производство – молочно-товарная ферма. Проработал в этой должности 9 лет. Это была очень трудная работа. Редкую ночь нам приходилось спать спокойно: то котёл полетел, то корова пропадает, то свиньи попадали, да мало ли что. Ферма была передовой в районе, работали замечательные труженицы – доярки: Савватеева К.И., Бабий Л.Л., Мясникова А.Н., Колотовкина Н.С., Закурдаева Г.А. и др. – это дети войны, все с лихвой  хватили горя. А свинофермой с успехом руководила Колотовкина Мария Васильевна, верная помощница Алексею Константиновичу. Снова повышают моего мужа, он – главный зоотехник колхоза. Ещё на его плечи легли 10 отар овец, 170 лошадей и плюс 1300 голов КРС, 800 свиней. Теперь за всё в ответе. Это на них с Гранитом Глебовичем – главным агрономом держался колхоз. Они много не говорили о себе, тихо, мирно работали с людьми. Он в целом семь лет заменял председателя колхоза. Награды: «Ударник 9-ой пятилетки», 2 знака «Победитель социалистического соревнования», медаль «Ветеран труда».

Я прожила 51 год в этом селе (Савватеево), вот будет дата 6 июня. Мы приехали в это село в 1966 году. Вот уже восьмой год нет моего мужа, отца, дедушки, а ещё ни разу не слыхала о нём, чтобы кто-нибудь сказал о нём что-то плохое, слышу только хорошее. Вспоминают о нём бывшие доярки, трактористы, а почти всех мужчин его возраста уже нет. Как выразился Савватеев Гранит Глебович: «Весь колхоз полёг». На кладбище рядом все его друзья, врагов у него не было». 

 Уходит ещё одно поколение, но мы – дети и внуки своих героических предков, должны помнить и передавать из поколения в поколение светлую память о них.  

Записано в 2017 году


Завершая рассказ о старом коммунисте и великом учителе Скороделовой Нине Яковлевне, хотелось бы передать всю её боль и переживания за своё детище – школу, село Савватеево и страну в целом, словами, которые были дословно записаны мною, совсем недавно, при последней нашей встрече и нигде ещё не были опубликованы, но войдут в книгу о селе Савватеево.

«…Что будет дальше со школой, ушёл в небытие колхоз, пустеют и разваливаются дома в селе. Нет молодых, нет детей и не будет дальше школы. Я не могу это представить, что будет со школой? Мне сказали, может, придумают в этом здании туберкулёзное отделение районной больницы, что будет с людьми, трудно даже представить. Мне не дожить со своими болячками, да и не видеть развала, какой пережил мой муж, каково ему было, он после такой сложной операции, каждый день ходил на МТФ, к кочегарке считать арбы с сеном, сколько везут, как валят сено коровам под ноги, и бессильно дома садился и повторял: «Не хватит, не хватит сена, что делают». А я переживала, как разгоняли интернат, объясняли, что кормить нечем детей, пусть их родители устраивают учиться в Холбон, Арбагар, Нерчинск, кормить нечем, как война наступила. Куда всё делось, было неизвестно, Ельцин всё съел, да готовили перестройку – подрыв изнутри страны. Американцы выполнили программу Америки, как говорил Лахновский: «Подорвали страну своими руками, сами себя, а наши отцы и деды выстояли в открытом бою, они нас не могли взять силой, но взяли хитростью и обманом, главное, предательством». Как говорил Михаил Савельевич Колотовкин, когда проводили в колхозе последнее собрание, где Емельянов В.П. сложил свои полномочия, никто не согласился на должность председателя, испугались, все головы вниз опустили, только одна Вера Ивановна согласилась возглавить огородное звено. Какое только ему название не придумывали, ничего не помогло. Так и всё дотащили. Старшее поколение колхозников ничего не получили. Юрий Фёдорович Савватеев, Владимир Гладких, Николай Васильев и многие другие ничего не получили. Мы с мужем смеялись сквозь слёзы, за 45 лет работы в колхозе ему дали 90 литров воды, на заработанные в колхозе деньги. Вот вам плата за труд, мы ей полили в огороде и всё, все воспоминания о колхозе. Такой итог жизни, не умел воровать, вот и сиди, помалкивай.

Когда мой отец немного подлечился, стал говорить, то повторял постоянно одно: «За что же мы такую войну прошли, победили такого мощного врага и что мы видим, как же вы допустили такого развала». Я ему говорю: «Да что же нам делать, воевать с собственным народом? Нас пугают гражданской войной». А он: «Что, испугались, да мы с Лаврухой и все фронтовики поведём вас, но этих гадов надо уничтожить, что они творят в стране, предатели своего народа. А вас 20 миллионов коммунистов и все опустили руки, захотели богатства, каждый себе и много». Так мой отец, фронтовик, предвидел последствия предательства Горбачёва и Ельцина – развал огромной державы.

Я очень возмущалась по поводу высказывания Ильковского, губернатора Забайкальского края. «А кто они, дети войны, что они помнят»,– говорил он. Да, он не помнит, наверное, не стоял с карточками за хлебом и не мечтал о крохотном привеске к булке, которую мы делили между собой по крошечкам и сосали во рту. Или не трудился за трудодни в колхозе, за палочки, за которые в конце года ничего не давали. А мы работали, так как знали, что надо помогать поднимать страну. Это наше поколение – дети войны подняло страну на уровень США и даже выше по многим показателям, и дали возможность подняться выше военной мощи нашему государству, да её и называли державой. Это наш труд дал стране возможность выйти первыми в космос, на луну, на первое место по добыче полезных ископаемых, выплавке металлов и многое другое. И прав был мой отец, когда говорил, что пройдёт время и поднимется народ, встанет на ноги и преодолеет всё и снова будет первый в мире и победит во всех делах, вспомнит своё назначение».